Давайте смиримся, что травма Усачевой – не последняя. Фигуристки и их близкие согласны на риск – другого система Тутберидзе не потерпит

Колонка Алексея Авдохина.

Слезы и боль Дарьи Усачевой – новая реальность, в которой уже почти неделю живет фигурное катание.

После этой травмы (Даша возвращалась из Японии на коляске) женскую фигурку окутала новая эмоция – страх. Теперь обычные зрители, те которые глубоко не погружались в этот спорт и привыкли к обложке из цветов, улыбок в инстаграме и сердечек из киссэндкрая, воспринимают его с опасением: за происходящее на льду, здоровье фигуристок и их будущее.

Хотя, согласитесь, в том падении Усачевой на разминке не было ничего визуально критичного – на льду постоянно случаются крушения опаснее, глядя на которые, хочешь закрыть глаза.

Поначалу травма не выглядела серьезной, и даже эпизод, когда заплаканную Усачеву выносили на руках со льда, не стал бы таким вирусным без тревожного продолжения: преждевременные попытки проинсайдить диагноз – один страшнее другого, совсем ужасные прогнозы по восстановлению и – как итог – даже сомнения в будущей карьере Даши.

Давайте смиримся, что травма Усачевой – не последняя. Фигуристки и их близкие согласны на риск – другого система Тутберидзе не потерпит

Когда такое происходит с 15-летней спортсменкой, проводящей первый взрослый сезон, реакция болельщиков просто не может быть спокойной и индифферентной. Для многих Усачева превратилась в символ страданий, которые приносит фигурное катание – суровое и беспощадное. Примерно так же внезапно в 2018-м Алина Загитова стала одновременным воплощением абсолютной искренности и справедливости на льду.   

Давайте честно, если бы все это случилось с Дашей на тренировке в «Хрустальном» – мы бы даже не узнали подробностей. Но когда это происходит в онлайн-режиме на глазах у всего мира, основной рефлекс – найти виноватых. Так ребенок, ударившись о шкаф, первым делом хочет дать сдачи – в этом вообще вся суть психологии зрителя в фигурке: если есть боль, должна быть и причина.

Причем во всех версиях Усачева являлась жертвой – в этой жертвенности вся суть женской фигурки: доломали, привезли в Японию с открытой травмой, загрузили чрезмерными нагрузками (особенно актуально на фоне свежего мема о «количестве прокатов» от Глейхенгауза), гнались за ультраэлементами, изводили диетами.  

Наверное, в каждой из них своя правда – опровергать все или по отдельности глупо.

Этери Тутберидзе – вообще последний тренер, который нуждается в оправданиях или чьей-то защите. Она даже не пытается разрушить имидж «Хрустального» – безжалостного конвейера, в котором нет принципа приоритетнее того, что в виде хэштега исчез из поста от команды Этери в поддержку Усачевой.

Работаем дальше – такой простой, но одновременно философский в своей бесконечности выбор.  

Давайте смиримся, что травма Усачевой – не последняя. Фигуристки и их близкие согласны на риск – другого система Тутберидзе не потерпит

И здесь важно осознать одну штуку о фигурном катании, без которой его просто не существует.

Да, здесь катаются 15-летние школьницы – хрупкие, слабые, беззащитные – которых невозможно воспринимать спортсменами в привычном значении этого слова. Футболистов, лыжников, боксеров и даже парней-фигуристов можно, а фигуристок – нет.

Их – Загитову (ту 15-летнюю из Пхенчхана), Щербакову, Трусову, Валиеву, Усачеву, Хромых – хочется обнять, укутать в теплый плед и не отпускать поздно из дома, но в реальности они должны адски впахивать на тренировках и давать результат. Иначе в том, чем они занимаются с детского сада, нет никакого смысла.

Да, прежде всего фигурное катание – большой и дико тяжелый спорт. Здесь до вершины добираются только с масштабными целями, а на остановки и слабости нет ни права, ни времени. Не забывайте, что Даша Усачева сломалась на льду взрослого этапа Гран-при среди лучших фигуристок мира в сезоне, где все мечтают об Олимпиаде – и она тоже делала все, чтобы туда отобраться.

И фигуристки, и, особенно, их родители, отдают полный отчет – где и для чего находятся. Осознают все риски и потери – по учебе, личной жизни, здоровью. До сборной просто не добираются фигуристы, которых на каком-то этапе пожалели родители или тренеры – слабостей не прощает ни один спорт. В конце концов, Алена Косторная не сама придумала фразу про спорт высших достижений, который не имеет ничего общего со здоровьем – ее приносят на подпись родителям, в чьих детях разглядели перспективу.

Как у Галича – а то, что придется потом платить, так ведь это ж, пойми, потом.

Беда современной фигурки совсем не в этих родителях и не в жестоких тренерах, а в том, что она взлетела на космические результаты – и именно женская. Здесь всего несколько лет назад научились прыгать четверные, а теперь без них даже не попасть на чемпионат Европы от России – и эту высоту необходимо брать сейчас, пока ты не выросла во все стороны. Иначе – возвращаемся – все, что было раньше, лишено смысла.

Давайте смиримся, что травма Усачевой – не последняя. Фигуристки и их близкие согласны на риск – другого система Тутберидзе не потерпит

Да, подростковый возраст идеально подходит для освоения таких сложных координационных вещей, как прыжок в четыре оборота – в науке этот период называется сенситивным.

Но есть и другая физиологическая сторона – организм в этом возрасте слишком лабильный, с бесконечностью из зон роста. Кости, мышцы, связки, внутренние органы – меняется все, то отставая, то опережая друг друга. В таких условиях – и любой тренер это прекрасно знает – нагрузки должны быть максимально аккуратными и дозированными, а энергетическая поддержка – здесь про питание, а не про карму – наоборот, максимально полноценной.

Но в фигурном катании эта пирамида перевернута в другую сторону: запредельные нагрузки (иначе четверные не выучить, а навык не закрепить) существуют в балансе с тотальными ограничениями в калориях – даже десятки лишних граммов критичны для стабильного исполнения прыжков.  

На выходе динамические сверхнагрузки, особенно те ударные, которые испытывает организм при прыжках, играют с фигуристками в рулетку – выдержит организм или нет. Повреждения часто носят накопительный эффект – у одних это проявляется резко и внезапно, как у Усачевой, у других – имеет отложенный характер в виде стрессовых переломов, хронических болях и абонемента к реабилитологу.

Четверные прыжки у девушек – такое вредное производство на заводе: как ни защищайся, все равно сломает здоровье. Рано или поздно. И здесь не уберечься пропуском отдельных турниров или микроциклов просто потому, что с определенного момента боли – мышечные, суставные, фантомные – с фигуристками навсегда. 

Давайте смиримся, что травма Усачевой – не последняя. Фигуристки и их близкие согласны на риск – другого система Тутберидзе не потерпит

Знает ли Этери Тутберидзе о таком тренировочном эффекте? Конечно, как и любой другой специалист – это система, в которой фамилия тренера не имеет значения: чем сложнее тренировки, тем выше вероятность негативных последствий.

Знают ли об этом фигуристки и особенно их родные? Тоже да – это же они встречают их дома после тренировок, собирают им лед из морозилки и возят в медицинские центры на процедуры.  

Готова ли хоть одна из сторон отказаться от таких рисков? Конечно, нет.

Смотрите, в «Хрустальном» вывели уникальный рецепт массовой подготовки чемпионок, в котором есть только один недостаток – ее, подготовку, как атомный реактор, нельзя остановить. Или работаем дальше; или называешь стоп-слово и идешь на свободу. Все добровольно, без излишней рефлексии.

Фигуристки, которые положили на это детство, прекрасно знают нужное стоп-слово, но никогда не произнесут его – все, кто мог это сделать, отвалились на предыдущих стадиях. Остались только самые крепкие. Те, кто готов и дальше воевать – друг с другом, со слабостями и временем, элементами, собственным телом. А на войне температуру не меряют.

Давайте смиримся, что травма Усачевой – не последняя. Фигуристки и их близкие согласны на риск – другого система Тутберидзе не потерпит

Все, что остается нам – смириться с тем, что фигуристки обречены на травмы, которые иногда могут выглядеть страшно.

Просто кому-то не повезет ее получить перед камерой в самый неподходящий момент, а кто-то, не вылезая из кабинета МРТ, обклеенный тейпами и живущий на весах, дотерпит до главного старта жизни.  

Альтернатива здесь только одна – тотальный запрет на ультрапрыжки. Но на это, конечно, никто никогда не пойдет.

Источник: sports.ru

Добавить комментарий

*

14 + десять =