Наше женское катание – самое сильное, но самое несчастное. Валиевой нужна тишина, Трусовой – время, а Щербаковой – право на праздник

Наше женское катание – самое сильное, но самое несчастное. Валиевой нужна тишина, Трусовой – время, а Щербаковой – право на праздник

Последняя неделя определенно стала поворотной для женского катания.

Те, кто всегда были против поднятия возрастного ценза, стали его поддерживать. Раньше аргументы реформаторов сводились к бездоказательным «так карьеры будут продолжаться дольше» и «женское катание артистично только в возрасте 18+». После решения CAS по Камиле Валиевой стало понятно: проблема куда прозаичнее. 15-летние девочки оказались сильнее старших соперниц не только физически, но и юридически.

Впрочем, самое популярное словосочетание последней недели – «защищенная персона» – применительно к Камиле звучит скорее издевательски. Сложно назвать защищенным человека, чьими медицинскими документами распоряжаются все издания мира; чья история стала детонатором для взрыва агрессивного патриотизма (который никак не проявлялся, когда Валиева била один мировой рекорд за другим); и чью фамилию произносили в микст-зоне чаще всего, пытаясь раззадорить соперниц на кликабельную реакцию.

Именно Камила оказалась самым незащищенным человеком на этих Играх. МОК приставлял к ней штаб психологов – и тут же сообщал о том, что церемония награждения с Валиевой невозможна, ее результаты пометят снисходительной звездочкой, а мировые рекорды обозначат предварительными.

Как бы цинично ни звучало, при таком прокате Камилы 4-е место – лучший исход. Бронза – не та медаль, которая должна висеть на шее у человека, не проигравшего ни один старт за весь сезон и опережавшего соперниц на десятки баллов.  

Щербакова, Трусова и Сакамото все же получили свою церемонию награждения – и реакция Саши после объявления результатов станет еще одной поворотной точкой пекинской Олимпиады. Впрочем, прокат Трусовой и ее позиция, которую она сознательно озвучила на весь мир, – тема для отдельного текста.

Наше женское катание – самое сильное, но самое несчастное. Валиевой нужна тишина, Трусовой – время, а Щербаковой – право на праздник

Утреннюю тренировку Валиева провела идеально – с единственным срывом на десятки чистых прыжков. Сразу после неудачной произвольной Камила разочарованно махнула рукой – и сильнее всего хочется, чтобы в этом разочаровании было как можно меньше обиды на саму себя.

Лучше всего это сформулировала директор спортивного вещания Первого канала Ольга Черносвитова, чьи объятия с Валиевой попали в кадр после соревнований: «Это не твое поражение».

Если Камила выиграет суд, она все равно будет олимпийской чемпионкой – пусть и в командных соревнованиях. Это, разумеется, не компенсирует ни упущенное золото личного турнира, ни 7 утомительных часов на заседании CAS, ни опустошение от того, что на главном старте четырехлетия зрители увидели ее такой – падающей, потерянной и плачущей.

Но любая медаль при таком прокате ударила бы по карьере Валиевой еще сильнее. Уже после решения CAS о допуске Камилы к соревнованиям из жертвы обстоятельств для многих иностранных СМИ и фигуристов она превратилась в главную угрозу чистому спорту – вопрос о том, что право спортсменки на своевременную защиту было нарушено, ими осторожно замалчивался.

Сейчас единственное, что действительно нужно Валиевой – тишина. Без пафосных растяжек на здании «Роскосмоса», спонсированных флэшмобов в инстаграме и кардиологических консилиумов о ее возможных диагнозах.

Самое страшное для сильнейшего в своем деле человека – жалость. Феномен Камилы должен вызывать совсем другие чувства – и обязательно будет, как только она найдет в себе силы вернуться.

Наше женское катание – самое сильное, но самое несчастное. Валиевой нужна тишина, Трусовой – время, а Щербаковой – право на праздник

***

Есть какой-то парадокс в том, что российское женское катание – самое сильное в мире и самое несчастное на Олимпиадах. За каждым золотом всегда стоит свое «но» – зачастую даже не связанное с прокатами его обладательницы.

Неожиданная победа Сотниковой в Сочи-2014, хотя и получила приятный статус первой исторической для страны, так и не стала по-настоящему масштабным триумфом. Корея пыталась опротестовать результаты в ISU, фанаты Юна Ким атаковали инстаграм Аделины, а зарубежные СМИ цитировали кадр ее объятий с судьей Аллой Шеховцовой чаще, чем фото с пьедестала.

Тогда же в Сочи между командным и личным турнирами не выдержала Липницкая. Позже Тутберидзе скажет, что олимпийское золото лишило Юлю мотивации, но главной проблемой было не это – фигуристка оказалась просто не готова к той ошеломительной волне любопытства и ажиотажа, которая на нее обрушилась.

Пхенчхан-2018 доказал, что две борющиеся за золото одногруппницы – медальный расклад перспективный, но крайне болезненный для всех участниц этой истории и их болельщиков. Только спустя 4 года Загитова скажет, что не могла в полной мере радоваться своему золоту, а Медведева признает, что отпустила прошлое, которое тянуло ее вниз.

Отпечаток Игр в Пекине точно останется в душе не только Камилы Валиевой, но и Саши Трусовой. После Пхенчхана кисс-энд-край Медведевой был покадрово исследован, чтобы с помощью чтения по губам восстановить то, что она сказала Тутберидзе. Тогда это был обессиленный и очень расстроенный аутотренинг «я сделала все, что могла».

В отличие от Жени, Саша свои тезисы высказала совершенно в ином настроении, громко и при камерах – явно вполне осознанно. В духе демонстративного прохода Плющенко на ванкуверский пьедестал через первое место – только еще мощнее.

Наше женское катание – самое сильное, но самое несчастное. Валиевой нужна тишина, Трусовой – время, а Щербаковой – право на праздник

«Тройной аксель – моя цель. Неважно, чего мне может стоить эта ошибка», – сказала Трусова в микст-зоне после короткой. Разница с Аней Щербаковой такая, что на самом деле даже чистый двойной в первый день не гарантировал бы Саше победу, но, пожалуй, теперь она стала ближе к ответу на вопрос, чего ей могла стоить эта ошибка.

Свой след Игры оставят и в душе человека, который по его собственному признанию их почти не смотрел – Алены Косторной. Накануне женской произвольной она объявила, что досрочно завершает сезон из-за очередного перелома руки. Еще два года назад казалось, что Косторная будет как минимум на олимпийском пьедестале – если не на высшей его ступени.

Но в российской сборной точно счастлив один человек – Аня Щербакова. Она не заслуживает виртуальных сравнений с мировыми рекордами Камилы Валиевой – история не знает сослагательного наклонения.

Наше женское катание – самое сильное, но самое несчастное. Валиевой нужна тишина, Трусовой – время, а Щербаковой – право на праздник

Она не должна комментировать претензии о том, почему пять четверных стоят дешевле двух. Возможно, на них ответит летний конгресс ISU, хотя вряд ли поднятие стоимости ультра-си – новый путь развития женского одиночного в свете почти гарантированного повышения возрастного ценза.

Она не обязана извиняться перед Сашей – это явно не то, что ей нужно. Кажется, больше всего Трусовой сейчас необходимо время, потому что ее мир рухнул в тот момент, когда пять заколдованных четверных покорились ей, но не сработали. И оказалось, что даже они не гарантируют золото.

Ответы на все эти вопросы фигурное катание будет искать следующие четыре года. Но сегодня право на праздник принадлежит Ане Щербаковой.

Больше олимпийских текстов – в телеграм-канале автора

Источник: sports.ru