Федун сказал, что не бросит финансировать «Спартак», несмотря на «огромные сложности». Что происходит с его нефтяным бизнесом?

«Есть огромные сложности, но я продолжаю финансировать «Спартак», – сказал 2 марта совладелец «Спартака» Леонид Федун «Матч ТВ». 

Федун сказал, что не бросит финансировать «Спартак», несмотря на «огромные сложности». Что происходит с его нефтяным бизнесом?

За последние недели бизнес-климат радикально изменился: Федун и другой совладелец «Спартака» Вагит Алекперов пока не будут фигурировать в списках самых богатых людей мира и, вероятно, даже России по оценкам Bloomberg и Forbes. Это произошло из-за обвала на бирже акций компании «Лукойл», крупнейшими акционерами которой являются Алекперов и Федун.

Рыночная капитализация второй по величине выручки нефтегазовой компании России упала с 59,33 млрд долларов (данные на 1 января 2022 года) до 502 млн (по состоянию на закрытие Лондонской биржи 2 марта). Для понимания масштаба бедствия: за «Челси», находящийся под санкциями, заплатят минимум в четыре раза больше стоимости компании, чья выручка измеряется триллионами рублей и которая добывает 2% всей нефти мира. Леонид Федун в одном из интервью оценивал московский «Спартак» в 1 млрд долларов – вдвое дороже «Лукойла» сейчас.  

Обвал акций начался 24 февраля: в первый день спецоперации России (в соответствии с законом используем официальную формулировку РФ) акции компании на Лондонской бирже потеряли половину стоимости. Падение усилилось 1-2 марта, к вечеру 3 марта бумаги «Лукойла» стоили менее 0,4 доллара, хотя еще 10 февраля они торговались на уровне 95 долларов за бумагу.

Тогда же, 3 марта, Лондонская биржа (LSE) объявила об остановке торгов акциями «Лукойла» и еще 16 российских компаний (всего на бирже в Лондоне представлены 24 компании из России). Последние торги на Мосбирже проводились 25 февраля и с тех пор не возобновлялись решением Центробанка.  

По версии Forbes и Bloomberg, обвал рыночной капитализации «Лукойла» отразился на оценке состояния его крупнейших акционеров – Вагита Алекперова (28,3%) и Леонида Федуна (9,32%).

Федун сказал, что не бросит финансировать «Спартак», несмотря на «огромные сложности». Что происходит с его нефтяным бизнесом?

Рейтинги миллиардеров этих изданий формируются на основании оценки доли бизнесменов в публичных компаниях (то есть тех, которые торгуются на бирже). Рыночная стоимость компании рассчитывается исходя из цены акций, находящихся в свободном обращении. Разумеется, реальное состояние бизнесменов отличается от оценок медиа, так как они обладают и иными активами: непубличными бизнесами, недвижимостью, деньгами на счетах. Таким образом, рейтинги лишь дают общее представление о размерах богатства того или иного человека исходя из установки, что доля в большом публичном бизнесе – это основной ликвидный актив бизнесмена.

В случае с Алекперовым и Федуном это теперь не так. В 2021 году Алекперов стал четвертым в рейтинге богатейших бизнесменов России по оценке Forbes – его активы оценили в 24,9 миллиарда долларов. Леонид Федун занимал 16-е место с состоянием 11,1 млрд долларов. 

Фактически большая часть приведенных сумм – это оценка стоимости их долей в «Лукойле». По состоянию на сегодня доля Алекперова в нефтяной компании оценивается в 142 млн долларов, а Федуна – в 47 млн. Для сравнения: 70-метровая яхта Алекперова Galactica Super Nova, которую, по сообщениям расследовательского сайта Balkan Investigative Reporting Network, срочно перегнали из порта Барселоны в черногорский Тиват, по оценке портала Superyacht, стоит 80 миллионов долларов – как более половины принадлежащих Алекперову акций «Лукойла» и почти в два раза больше доли Федуна в компании.

Не секрет, что Федуну каждый год приходится тратить в том числе и личные деньги, чтобы поддерживать «Спартак» на высоком уровне. Только в декабре Федун говорил, что ему с партнером (то есть с Вагитом Алекперовым) приходится вкладывать в клуб «более 6-7 миллиардов рублей в год». 

В сезоне-2020/21 расходная часть бюджета «Спартака», по данным самого клуба, составляла 8,6 млрд рублей. В этом сезоне расходы выросли, рассказывал летом 2021 года сам Федун. Тогда он связывал это с возвращением из аренд большой группы игроков и, как следствие, увеличением зарплатной ведомости. 

Из-за февральского обвала рубля расходы владельцев «Спартака» окажутся выше запланированного, ведь контракты игроков номинированы в валюте, в евро и долларах оплачиваются и трансферы. В конце февраля Федун предложил на уровне РПЛ зафиксировать для всех выплат внутри страны курс евро на уровне 90 рублей за 1 евро.  

Федун сказал, что не бросит финансировать «Спартак», несмотря на «огромные сложности». Что происходит с его нефтяным бизнесом?

В эпицентре экономической турбулентности футбол может сильно просесть, и на этом фоне супруга Федуна Зарема Салихова предложила пакет реформ. В колонке для «Спорт-Экспресса» она написала: «Нужны реальные государственные меры поддержки в кризисной ситуации: льготы по социальным, имущественным, земельным налогам и платежам для клубов, субсидии на содержание детских академий, нужно законодательно установить лимиты по агентским вознаграждениям и платежам, нужно перевести профессиональных спортсменов под временное сокращение НДФЛ». 

Чтобы разобраться в сложившейся ситуации, Sports.ru обратился к аналитикам рынка ТЭК трех инвестиционных компаний – двух российских и одной международной. Их комментарии помогли нам составить текст с вопросами и ответами. Но – и это примета времени – наши собеседники просили, чтобы в публикации не фигурировали названия их компаний и их имена, сославшись на прямой запрет от руководства на общение с медиа «в непростой период».

Совсем нет. 2021-й и начало 2022 года были крайне благоприятными для российских нефтяных компаний. Слабый рубль и высокая стоимость нефти обеспечивали экспортерам очень высокий уровень доходов. 

С точки зрения чистой макроэкономики нефть выше 100 долларов за баррель при долларе в районе 115 рублей – просто сказочные условия для нефтяников. То есть за одну проданную на экспорт бочку нефти они получали 12 тысяч рублей, тогда как до этого были довольны ценой в 3600 рублей.

2 марта «Лукойл» опубликовал отчетность за четвертый квартал 2021-го и полный прошлый год по Международным стандартам финансовой отчетности (МСФО). Чистая прибыль выросла в 50,9 раза – с 15,2 до 773,4 миллиарда рублей. Выручка от продаж увеличилась на 67% – до 9,4 триллиона рублей.

Опираясь на размер прибыли, аналитики ожидали, что акционеры получат финальные годовые дивиденды из расчета 520-530 рублей на акцию. Если такие выплаты утвердят официально, Алекперов получит около 102 млрд рублей, Федун – 33 млрд (или 3,5 годовых бюджета «Спартака»). Обычно «Лукойл» выплачивает годовые дивиденды в июле. Пока решение о сроках и размере выплат не принято.

Федун сказал, что не бросит финансировать «Спартак», несмотря на «огромные сложности». Что происходит с его нефтяным бизнесом?

«Лукойл» всегда славился щедрой дивидендной политикой, что делало бумаги компании привлекательными для инвесторов. И учитывая отличные финансовые результаты 2021 года, инвесторы могли всерьез рассчитывать на рекордные выплаты, – рассказывает Sports.ru один из аналитиков. – Однако теперь выплаты могут оказаться гораздо скромнее. Может сказаться давление со стороны государства, которое дает понять, что в сегодняшних условиях большую часть прибыли следует направить на поддержание собственного бизнеса, а не в карман акционерам». 

Почему же – при всех успехах 2021-го – упали акции на бирже?

На фоне событий 24 февраля и разных пакетов санкций США, ЕС и Великобритании упали не только акции «Лукойла» или нефтегазовых компаний. Фактически обесценились бумаги большинства крупных публичных компаний из России. Например, акции Сбера на Лондонской бирже потеряли более 99% стоимости. 

У «Лукойла» размер free float (то есть акций, торгующихся на рынке) составлял 55%. На фоне событий на Украине инвесторы начали панически скидывать бумаги, что привело к обрушению цены. Окончательно стоимость российских бумаг обвалило сообщение Центробанка, запретившего российским компаниям выплату дивидендов нерезидентам РФ.

«В сложившейся ситуации операционные и финансовые показатели компании уже не имеют никакого значения, – объясняет один из собеседников Sports.ru. – На рынке есть такое понятие, как Country Risk, то есть риск, связанный с принадлежностью компании к конкретной стране, в которой происходят политические и экономические катаклизмы, негативно влияющие на рынок вне зависимости от сектора. С бумагами компаний с высокой степенью Country Risk вообще никто из инвесторов не будет связываться – это по определению токсичный актив и максимально высокие, не поддающиеся подсчету риски».

Но ведь «Лукойл» не под санкциями и российскую нефть можно продолжать экспортировать?

На самом деле «Лукойл» находится в санкционном списке США еще с сентября 2014 года. Но это относительно мягкий санкционный пакет, затруднявший компании доступ к финансированию и ограничивавший доступ к технологиям, в частности, связанным с геологоразведочными работами на шельфе.

Федун сказал, что не бросит финансировать «Спартак», несмотря на «огромные сложности». Что происходит с его нефтяным бизнесом?

Эти ограничения заставили «Лукойл» пересмотреть некоторые проекты и скорректировать инвестпрограмму, но не отразились существенно на основном бизнесе.  

Около 85% выручки «Лукойла» приходятся на экспортные операции, то есть продажу нефти и нефтепродуктов за рубеж. При этом 70% выручки обеспечивают продажи собственным нефтетрейдерам в Швейцарии (крупнейший покупатель), США и Сингапуре.

8 марта президент США Джо Байден объявил о запрете импорта российских нефти и газа в США. В тот же день об аналогичном решении заявила Великобритания, правда, с отсрочкой до конца 2022 года. Евросоюз, который в большей степени зависит от поставки энергоносителей из России, не стал вводить эмбарго, но обозначил, что будет постепенно снижать объемы закупок. 

Хотя нефть все еще можно продавать в Европу, российские экспортеры сталкиваются со значительными проблемами: традиционные покупатели нередко отказываются брать российскую нефть даже с привлекательными скидками, а владельцы нефтетанкеров отказываются отправлять их под погрузку в российские порты. Защищенными в этой ситуации могут чувствовать себя компании, имеющие долгосрочные контракты на поставку нефти и газа. Такие договоры предусматривают крупные штрафы для покупателей за нарушение контракта. А вот спотовый рынок, где сделки заключаются на конкретную партию со мгновенной оплатой, сильно просел. 

Федун сказал, что не бросит финансировать «Спартак», несмотря на «огромные сложности». Что происходит с его нефтяным бизнесом?

5 марта The Guardian сообщил, что докеры крупнейших нефтяных терминалов в Роттердаме (Нидерланды) и Эллесмер-Порте (Великобритания) отказались разгружать танкеры «Лукойла». В Британию танкеры доставили нефть по заключенному контракту с нефтеперерабатывающим заводом, принадлежащим индийской группе Essar. Однако профсоюз докеров отказался от разгрузки. А профсоюзы в Великобритании – реальная влиятельная сила, на которые сложно оказать административное или силовое давление.

Может ли ситуация для «Лукойла» измениться?

Ответ на этот вопрос зависит не от «Лукойла». И даже не от глобального нефтяного рынка. Сама компания еще в начале марта выступила за мир.

Источник: sports.ru

Добавить комментарий

*

одиннадцать − 3 =